Последний бой Александра Шварцмана

Капитан Александр (Алекс) Шварцман (23 года), офицер бригады Голани, герой Израиля, награжденный медалью начальника штаба Армии Обороны Израиля (посмертно), погиб 26 июля 2006 года в кровопролитном сражении за город Бинт Джбейль в Южном Ливане (в 32-х км от Нагарии) во время Второй ливанской войны. Звание «капитан» присвоено посмертно.

Алекс похоронен на мемориальном воинском кладбище Нагарии (участок 5, ряд 5, могила 5, старое городское кладбище – справа от входа).

Александр Шварцман

Из обращения бойцов роты Гимель  51-го батальона бригады Голани (2019 год):

«Приходите почтить его память…

…К сожалению, в последние годы из-за расстояния только небольшое количество друзей приходит почтить его память. В этом году мы решили предать гласности его героический поступок в надежде, что прекрасные люди Израиля придут почтить его память. Добро пожаловать.

Алекс со своей семьей в 1993 году репатриировался в Израиль из Украины. Он закончил учебу в Акко и поступил на военную службу в Армию обороны Израиля, где прошел курс боевой подготовки в бригаде Эгоз, а затем курс подготовки офицеров в 51-м батальоне бригады Голани.

Летом 2006 года, когда разразилась Вторая ливанская война, Алекс был заместителем командира роты Гимель, сражавшейся в самом центре города Бинт Джбейль. Во время боя  большое количество солдат и командиров было ранено. Алекс оказался в самом центре боевых действий и был ранен осколками и пулями. Даже после получения ранений Алекс продолжал спокойно направлять остальные силы, которые пробивались к месту боя.

Когда подошло первое подкрепление, спасатели хотели эвакуировать Алекса. Но Алекс, зная, что его раненые солдаты все еще лежат рядом, потребовал, чтобы спасатели сначала эвакуировали его товарищей. После того, как солдаты закончили спасение других раненых, они вернулись за Алексом. Во время эвакуации Алекс получил смертельное ранение.

В последние минуты своей жизни командир ЦАХАЛ и гражданин Израиля преподал нам большой и важный урок ценности дружбы, важности ответственности командира, который заботится в первую очередь о своих солдатах и ​​только потом о себе…

Мы призываем граждан страны, жителей Севера, родителей и учителей, солдат и командиров, которые стремятся прививать молодежи ценности ответственности, дружбы и жертвенности, прийти на церемонию в честь мужественного командира и героя, которым был Алекс».

Церемоня памяти Александра Шварцмана на мемориальном воинском кладбище Нагарии 26 июля 2019 года

Родные и близкие у могилы Александра. В центре – Сашина мама Фрима
Поминальная молитва

По материалам очерка Егора Лосева «Один бой Второй ливанской войны»

Бинт Джбейль – город в Южном Ливане, в 4 км от ливано-израильской границы. Почти всё население города (около 30 тысяч человек на 2001 г.) – мусульмане-шииты, Бинт Джбейль является одним из крупнейших шиитских городов юга Ливана.

Бинт Джбейль

С  мая 2000 года (после вывода Армии обороны Израиля из Южного Ливана) город превратился в столицу Хизбаллы на юге Ливана.

51-й батальон бригады Голани занимал позиции над Бинт Джбейлем на господствующих высотах. Эти холмы батальон захватил два дня назад, после тяжелого боя в районе деревни Марун Ар Рас. Теперь командование бригады требовало занять в Бинт Джбейле ключевые позиции, чтобы контролировать населенный пункт, из которого территория Израиля подвергалась ракетным обстрелам.

Командир 91-й дивизии бригадный генерал Галь Хирш уже сделал свое знаменитое заявление в СМИ: «Бинт Джбейль под нашим контролем». В последствие это не соответствующее действительности заявление дорого стоило генералу.

Приказу предшествовал резкий разговор командующего северным военным округом генерала Уди Адама и начальника генштаба Дана Халуца. Адам пытался убедить Дана Халуца, в том, что посылать один батальон в город где имеется более пяти тысяч домов – безумие. Халуц оставался непреклонен.

Батальоном командовал подполковник Янив Ашур, хорошо знакомый с театром военных действий: молодым офицером он служил здесь в середине девяностых. Ашур разделил силы батальона надвое, отправив вперед две роты под командованием своего заместителя, майора Рои Кляйна.

26 июля 2006 года в 5:30 утра рота Гимель начала спуск по петляющей тропинке, к домам на окраине Бинт Джбейля. Ротой командовал Алон Хакима. Сложившаяся ситуация беспокоила капитана. Слишком мало силы у него было для зачистки целого города, да и вчера один из ротных снайперов подстрелил наблюдателя боевиков, а, значит, их наверняка ждут. Жители давно эвакуировались, так что встретить кого-то, кроме боевиков, Хакима не ожидал.

Параллельно роте Гимель по гряде холмов, нависающих над Бинт Джбейлем, выдвигалась рота Алеф, которая должна была зачистить стоявшие на отшибе дома и прикрывать роту Гимель. Ротой командовал капитан Исраель Фридлер. Его младший брат Даниель служил в роте Гимель и вместе со своими сослуживцами готовился штурмовать дома внизу.

Бойцы роты Гимель зачистили три крайних дома и продолжили движение к трем следующим, огибая мечеть и оливковую рощу, отделенную от мечети высокой (почти двухметровой) стеной.

Все три дома, стояли в низине, то есть чуть ниже окружающих построек, и были заперты, а окна закрыты решетками. Только один саперный взвод, имевший специальные инструменты, смог легко проникнуть в дом, остальные безуспешно пытались взломать двери.

Разведвзвод, которым командовал лейтенант Амихай Мерхавия, рассредоточился у крайнего дома и частично оказался в роще рядом со стеной.

Пулеметчик Авьятар Коэн по прозвищу «Рыжий» заметил выглянувшую из кустов бородатую голову и, не сомневаясь, нажал на спуск «Негева».

Думая, что пулеметчик по ошибке стрелял по своим, к нему подбежал заместитель командира роты Алекс Шварцман, которого солдаты за глаза называли «Русский».

Запертые дома наконец-то вскрыли, выбив двери из гранатометов, и бойцы начинали занимать позиции внутри.

В этот момент на роту Гимель обрушился огонь со всех направлений. «Рыжий» и «Русский» сразу же получили тяжелые ранения.

Два занятых бойцами дома оказались под плотным огнем, не позволявшим им прикрыть товарищей.

Большая группа боевиков за стеной, пользуясь преимуществом по высоте, вела огонь по третьему дому и по находящимся снаружи бойцам, забрасывая их гранатами со стороны мечети.

Бойцы, укрывшись в домах и вокруг, ожесточенно отстреливались.

Заместитель командира батальона Рои Кляйн приказал взводному Мерхавии совершить обход и атаковать противника с правого фланга. Но в этот момент боевики под прикрытием шквального огня попытались перелезть через стену, желая видимо добраться до раненых. Весь взвод Мерхавии открыл огонь, и атака захлебнулась.

Лейтенант Мерхавия, его радист Эхуд Клаузнер и боец Шимон Дахан бросились к раненым, чтобы оттащить их в укрытие. И в этот момент через стену полетели ручные гранаты. Загрохотали взрывы. Клаузнер погиб на месте, Мерхавия и Дахан были тяжело ранены. Теперь уже трое раненых истекали кровью у стены. Мерхавия должил майору, что он ранен. Кляйн с группой солдат кинулся в оливковую рощу, на помощь разведчикам.

Боевики все еще делали попытки перелезть через стену, но взвод Мерхавии раз за разом сметал их оттуда.

Майор Рои Кляйн

Рои Кляйн приказал всем прикрывать их огнем и гранатами, а сам вместе с радистом попытались вытащить лежащих на открытом месте раненых. Кто-то швырнул им носилки. Перестрелка над стеной не утихала. Разложив носилки, Кляйн попытался переложить на них взводного Мерхавию. Шимон Адага, выходец из Эфиопии, бросился к ним, чтобы помочь майору.

В этот момент со стороны мечети прилетела граната. Она упала на землю и закувыркалась между ранеными. «Эфиоп» Адага был не единственным, кто осознал, что произошло.

Майор Рои Кляйн крикнул «Шма Исраэль!» и бросился на гранату, накрыв ее своим телом. Почти сразу раздался взрыв.

Раньше всех опомнился сержант Авьятар Турджаман. Вместе с Адагой им удалось вынести майора из-под огня. Бойцы тут же бросились обратно, помогать другим раненым.

Смертельно раненый Рои Кляйн нажал тангенту и прошептал в эфир: «Докладываю, Кляйн убит… Кляйн убит…».

Пытаясь вынести очередного раненого, погиб от пули Шимон Адага.

Командир роты Хакими с группой солдат попытался выполнить обход справа, который не успел произвести Мерхавия со своим взводом. Наткнувшись на стену, тянущуюся неизвестно насколько по открытому простреливаемому пространству, он решил не рисковать своими людьми. Отойдя назад в рощу, ротный обнаружил между деревьев истекающего кровью «Рыжего», которого вынесли из-под огня. У «Рыжего» сполз наложенный санитаром жгут. Капитан принялся заново накладывать повязку, но получил пулю в голову. Каска спасла ему жизнь, но ранение оказалось тяжелым.

Действиями солдат в роще командовал, несмотря на тяжелое ранение, заместитель командира роты Алекс Шварцман, отказавшийся от эвакуации.

На КП батальона оценивали сложившееся положение.

Воздушная разведка докладывала о группах боевиков, стекавшихся к Бинт Джбейлю, но вертолетам огневой поддержки удавалось удачно отсекать и уничтожать их.

Комбат Ашур взвешивал возможность ввести в бой дополнительные силы, но из-за ограниченного пространства резко возрастала опасность огня по своим. По той же причине были бесполезны артиллерия и вертолеты огневой поддержки.

Рота Алеф подтянулась с севера, чтобы отвлечь силы противника на себя. Видя, что боевики укрываются в мечети, бойцы обстреляли её из гранатомётов. Оставив в покое оливковую рощу, боевики перенесли огонь на солдат роты Алеф. Почти сразу получил тяжелое ранение капитан Фридлер.

Бывший командир роты Гимель капитан Итамар Кац находился на учебе в университете. Когда началась война, он потребовал от командования вернуть его в роту, пусть даже в должности рядового бойца. Каца прикомандировали к роте «про запас». Видя, что вокруг не осталось офицеров, он принял командование на себя.

Наконец, бойцам роты Гимель под командованием капитана Каца удалось организоваться и вынести всех раненых из-под обстрела и затащить их в дом. При этом погиб от пули снайпера Алекс Шварцман.

Бинт Джбейль после боев

Постепенно бой стих. Солдаты роты Гимель так и не смогли эвакуировать тела погибших солдат, их затащили в один из домов и теперь держали подступы под прицелом, не давая никому приблизится.

Кружившие над Бинт Джбейлем беспилотные самолеты показывали десятки трупов террористов, разбросанных за бетонной стеной и вокруг мечети.

51-й батальон занял окраину Бинт Джбейля. В том бою погибли восемь человек. Двадцать два получили ранения тяжелой и средней степени. Точных данных о потерях Хизбаллы нет, но по приблизительной оценке боевики потеряли около ста человек (по другим данным – около 80).

Утром 28-го июля рота парашютистов 101-го батальона, брошенная на помощь «голанчикам», вошла в город.

Бои в Бинт Джбейле продолжались еще долго и дорого обошлись обеим сторонам.

 

Мы помним их!

Майор Рои Кляйн (31 год).

Рои Кляйн был выпускником ешивы предармейской подготовки Бней-Давид в поселении Эли. Он служил в Ливане в девяностых годах, сначала срочную службу, потом офицером. Последнюю ночь перед выводом израильских войск в 2000-м году он провел со своим взводом в засаде на окраине Бинт Джбейля.

Рои погиб накануне своего дня рождения. 27 июля ему исполнился бы 31 год. Дома Рои ждали жена и двое детей.

Друзья рассказывают, что Рои старался быть первым всегда и во всем: в учебе, в армии, в жизни. Так получилось, что и в смерти он оказался одним из первых, когда пытаясь спасти солдат, накрыл своим телом гранату.

Лейтенант Амихай Мерхавия (24 года).

Амихай Мерхавия жил через два дома от Рои Кляйна, в Эли. За год до начала войны во время эвакуации еврейских поселений из Газы Амихай написал резкое письмо начальнику генерального штаба Дану Халуцу, где выразил сочувствие солдатам и офицерам, нарушившим приказ и отказавшимся принимать участие в эвакуации. За это письмо Амихая на год отстранили от занимаемой должности, но через два месяца вернули командовать взводом, по просьбам солдат и вышестоящих командиров.

Весть о гибели сына застала его отца, Моше Мерхавию, начальника Иерусалимского округа министерства строительства, в воинской части – с началом войны в Ливане Моше добровольно пошел резервистом в армию, в возрасте 56 лет.

Амихай Мерхавия оставил родителей и восьмерых братьев и сестер.

Старший сержант Асаф Намер (27 лет).

Асафу Намеру из Кирьят Яма оставалось прослужить месяц до демобилизации.

Когда Асафу было десять лет, его семья переехала в Австралию. Достигнув совершеннолетия, Асаф вернулся на родину, в Израиль, чтобы отслужить в армии.

Он добился призыва в боевые части.

Асаф планировал завершить службу и остаться жить в Израиле.

 

 

Капитан Александр Шварцман (23 года).

Александр (Алекс) – потомок Бааля Шем Това, основателя хасидского движения. Алекс родился в 1982 году в Виннице (Украина). Его семья репатриировалась в Израиль в 1993 году. Поселились в Акко. Через два года умер отец, и 13-летний мальчик стал для мамы и сестры единственной опорой в жизни. Алекс рано начал работать, чтобы помочь маме содержать семью.

После школы Алекс призвался в ряды ЦАХАЛа, в спецназ “Эгоз”. Стал офицером самой элитной бригады израильской армии – “Голани”.

Семья Шварцманов (слева направо): Дина, Моше, Саша, Фрима
Саша с мамой Фримой
Александр с мамой Фримой и сестрой Диной

“Красивый, высокий, физически крепкий парень был маминой гордостью и отрадой, – пишет о нем официальный сайт памяти погибших солдат министерства обороны “Изкор“. – Как бы он ни был занят на службе, никогда не забывал позвонить матери. А если в день ее рождения особые задания не позволяли ему быть дома, отправлял ей букет цветов”.

За свой подвиг Алекс посмертно был удостоен знака отличия Генерального штаба ЦАХАЛа (ЦАЛАШ) – высшей награды для солдат Армии обороны Израиля. Ему посмерто присвоено звание капитана.

Алекс похоронен на воинском мемориальном кладбище в Нагарии. В Израиле у Саши остались мама и сестра. Сейчас они живут в Нагарии. 

Ефрейтор Шимон Адага (21 год).

Шимон Адага родился в Эфиопии и приехал с семьей в Израиль шестнадцать лет назад. В семье Адага Шимон был шестым ребенком. Пятеро его старших братьев также служили в боевых частях. Медицинская комиссия забраковала его, и Шимон попал служить в тыловые подразделения.

Но он добился пересмотра этого решения и сумел доказать, что подходит для службы в боевых частях. Его перевели в Голани. Сослуживцы Шимона рассказывают, что он всегда был готов помочь товарищам и погиб, вынося из-под огня раненых.

Ефрейтор Шимон Дахан (20 лет).

Шимон Дахан из Ашдода пошел служить в Голани по примеру своего старшего брата. Дахан – одна из старейших и уважаемых семей в Ашдоде.

Шимон всегда старался помогать людям, он был активистом добровольной организации Керен ха Есод, поддерживающей неимущих.

За несколько месяцев подразделение Шимона, действовавшее в Газе в районе Бейт-Хануна, было обстреляно из гранатометов. Шимон чудом уцелел.

В Ливане чуда не произошло.

Старший сержант Идан Коэн (21 год).

Идану Коэну из Яффо до конца службы оставалось всего два месяца.

Идан с детства мечтал призваться именно в Голани. Идан не был в составе подразделений входящих в Бинт Джбейль, но вызвался добровольно присодиниться к роте Гимель.

У него не оказалось подходящей аммуниции и боекомплекта, но он одолжил все необходимое у товарищей.

У Идана остались родители и две сестры.

Сержант Эхуд Клаузнер (20 лет).

Эхуд Клаузнер из Бейт-Хорона был младшим из трех братьев в семье. Он всегда был душой компании, любил смешить друзей, рассказывать анекдоты. Старался поддерживать сослуживцев в тяжелые минуты.

Эхуд успел прослужить год и четыре месяца.

 

 

Выражаем искреннюю признательность писателю Егору Лосеву за замечательный очерк Один день Второй ливанской войны.

Читайте другие публикации об истории Нагарии на нашем сайте.